27 сентября, с 18-00 - встреча мастеров в школе Михаила Ильяева. Первая в новом сезоне! Приглашаем всех

"Фанеризм"

Раздел:

дата публикации 03.02.2007 г. в 00:00
  • 1
  • 17528 просмотров
  • 12 комментариев

Само слово "фанеризм" родилось у меня спонтанно. Кто-то спросил: "Как называется всё это в рамочках?" Я и ответил: "Фанеризм". Когда интересуются, как я до этой фанеры докатился, приходится начинать издалека. Вот и начну издалека.

В далекие детские годы в каждом уважающем себя пионерском лагере был домик творчества "Умелые руки". А уважающие себя "Умелые руки" имели кружок выпиливания и выжигания. В паузах между пионерскими делами и футболом хаживал туда и я. Однако всерьёз этим не увлекся, а потом и вовсе забылось. А ещё раньше стены квартир красили, наносили валиком узор вместо обоев. Виньеточки, розеточки, цветочки, крапинки — всё это интересно было разглядывать стоя в углу или лежа в постели, например, с ангиной. Причудливо переплетаясь, детали узора объединялись в новые формы — фигуры животных, птиц, лица людей, какие то фантастические формы. И это было настолько интересно, что до сих пор с любопытством разглядываю узорчатые обои. Не поленитесь, гляньте. Тогда же, в щенячьем возрасте придумали с приятелем игру "Каля-маля": один рисует какую-нибудь невероятную фигуру, а другой, рассматривая эти каракули, пытается из них создать что-то удобоваримое... Кончилась преамбула.

Прошло лет эдак сорок. Как-то занимаясь резьбой, сильно поранил руку, мучился невероятно . Не от боли, а от бессилия — материал есть, идей — море , а делать ничего не могу. Творческий зуд одолевает. И тут на глаза попался аппаратик для выжигания, который покупал своим, теперь уже взрослым детям. Решил проверить, остались ли навыки? Оказалось, заложенное в детстве, вспоминается сразу, как езда на велосипеде.

Начал с изображения животных, позже сделал несколько портретов. Когда рука зажила, вернулся к резьбе, но фанерки стал собирать. Старую, выброшенную на свалку мебель старался не пропускать. Задние стенки шкафов, шифоньеров, днища диванов, донышки от ящиков письменных столов — это годами выдержанная фанера. Как- то заглянул за спину старому шкафу — развалюхе. На меня смотрели два живых существа! Рисунок самой фанеры был просто поразительным! Отодрал заднюю стенку шкафа, принес лист домой, очистил от пыли и грязи — домовой и вождь племени на одном листе. А как проявить, подчеркнуть эту красоту?

Сразу стало ясно, что контуры фигур надо усиливать. Краски и карандаши не годились: если слегка — бледно, если сильно — краска забирает почти всю зрительную нагрузку. А нужен рисунок самой фанеры! Обжиг?! Линию древесины можно сделать почти черной, а можно слегка бежевой!

Так появился "Домовой с посохом", слегка тонированный цветным карандашом.



Больше заморочек было с "вождем". Полгода искал подходящий кусок фанеры той же древесины с похожим рисунком для плеча "вождя", которое досталось "домовому". Перебрал свои запасы фанерок под выжигание, попались очень интересные сюжеты, на которые раньше просто не обращал внимания. Моим домашним понравилось, а меня зацепило, увлекло.



Технология

Технология проста. Взяв кусок фанеры с интересным рисунком, определяешь наиболее выигрышный вариант композиции. К сожалению, порой приходится чем-то жертвовать — лист-то один. Карандашом обозначаю главные линии рисунка, иногда допускаю своеволие и что-нибудь карандашом меняю в фанерном сюжете для пущей выразительности. Затем, не жёстко выжигаю только линии фанерного рисунка, а потом не спеша проходишь карандашные линии, соединяющие общий сюжет в одно целое.

Как только всё это проявилось, становится ясно — где затемнить, где оставить. Идут, если надо, полутона. Для этой цели у меня есть два старых аппарата: один — с короткой иглой, дающий жесткий обжиг, второй — с длинной и толстой иглой — для полутонов.





Считаю высшим пилотажем, когда на глаз нельзя определить, где естественная линия фанерного рисунка, а где подрисовка. И вот, что замечательно, каждая такая картинка или, если хотите, произведение — неповторимы, единственное в своём роде творение природы.

Кстати, о самой фанере. Приобретать фанеру в магазине мне не доводилось и не вижу в этом смысла. Там она стоит или лежит в толстых пачках по 20 - 30 - 40 листов 150x150 см. Вы и сами поймете, что делать картинку, пусть даже 60x60 см, выпиливая её из листа 150x150 см., нерентабельно. Вот если рисунок будет хорош по всей площади листа, тогда позовите посмотреть на это чудо природы.

Вот пока, пожалуй, и всё. Успехов, удачи, интересных находок и решений! Да увидит смотрящий, а дорогу осилит идущий!

Сергей Крыжановский

2007 г.

От редактора

Перечитал еще раз статью, сверстал, потянулся было к кнопке "Опубликовать на сайте", и, чувствую — чего-то не хватает. А не хватает в этой замечательной статье ощущений зрителя. А поскольку я был и зрителем, и собеседником, то позволю себе поделиться с читателями своими впечатлениями от общения с автором и его произведениями.

Первое. "Фанеризмы" Сергея гораздо глубже и содержательнее, чем кажется на первый взгляд. То есть, смотреть на работы нужно не то чтобы тщательно и внимательно… Например, поднимитесь на верх статьи, посмотрите еще раз на домового с посохом. Видите, у правого уха домового сидит сова? А может это вовсе и не сова, а такое ухо? Не знаю как вы, а я сразу и не заметил...

Второе. Мнение автора не обязательно совпадает с мнением зрителя.



На этой картине фрагмент, расположенный ровно по центру представился мне большим пальцем левой руки пожилого мужчины, отодвигающего штору, и я сказал: "да это же подглядывающий!". Сергей спросил: "а может быть это не палец, а еще одна женская грудь?" Спорить не стали и назвали фанеризм — "Подглядывающий".

Третье. Автор видит несколько больше, чем неискушенный зритель.



Я сказал: "Чужой!". Сергей сказал: "Тропинка для ума, очерченная интуицией. (с) Казимир Малевич". Я увидел лицо инопланетянина, пальцы и лапы-щупальца, …и все. Сергей обратил мое внимание, что пальцы и щупальца вырастают из дерева, а справа от существа спокойно дремлет второе существо, вытянутое и плоское (по секрету для наблюдательных — по всей высоте картины).

Четвертое. Лист фанеры может содержать одинаковое послание от природы с обоих своих сторон. (Представьте как устроен лист фанеры!) На одном листе фанеры, с разных сторон — старики:





Пятое. Автор умеет так переплести понятия, образы, сучки и волокна, что фанеризм становится подобен бесконечной ленте Мёбиуса. Например, цветок "ирис" имеет альтернативное народное название — "петушок". Встречайте авторитета: "Ну что, петушки-касатики?!"



Шестое. Если замысел автора сразу не понятен, то на фанеризм нужно смотреть особенно тщательно и внимательно:



Посмотрите: чего это крыса полезла? (фанеризм называется "…а мне летать охота..")


Помните, как великий полководец Александр Македонский отбирал в своё войско лучников? Он показывал кандидату яркую звезду в ковше Большой Медведицы, и спрашивал, почему эта звезда называется Мицар (конь). Если кандидат восклицал: "вижу рядом звезду-всадника!", то он становился лучником. Потому что рядом с Мицаром находится ма-аленькая звездочка под названием Алькор (всадник) и не каждый глаз мог ее разглядеть.


Так ведь птицы летят наверху, видите? Косячком летят.

Седьмое. Впечатляет!




"Рождение Иисуса"



Олег Смирнов

Комментарии

6 февраля, 2007 - 00:00
Аватар пользователя Игорь Орлов

Сергей. У вас оригинальная техника и хороший художественный вкус. Попробуйте протравливать шпон, сделайте изображение рельефнее, чтобы усилить зрительный эффект.

7 февраля, 2007 - 00:00
Аватар пользователя Михаил

Так держать, Сергей Александрович!

10 февраля, 2007 - 00:00
Аватар пользователя Сергей Апполонов

Впечатляет, очень близкая мне тема, искать образы в природных "узорах".
Спасибо за доставленое удовльствие и массу новых идей для работы.

15 февраля, 2007 - 00:00
Аватар пользователя андрей

Супер!
Я Вам по доброму завидую. Сам я режу в технике "лесная скульптура", иногда плоскостная полуобьемная резьба. Но у меня один очень серьезный недостаток: не умею рисовать, а вот если с моих слов художник рисует мне эскиз, я делаю трафарет под себя и режу.
У Вас очень тонкое восприятие вещей и форм.

26 февраля, 2007 - 00:00
Аватар пользователя Лада

просто чудо ,обязательно попробую и детям покажу,спасибо

3 июля, 2007 - 00:00
Аватар пользователя Боб

Красота!
Вдохновляет! В строительных магазинах, фанера приобрела для меня другое значение. Теперь высматриваю в ней интересные сюжеты. Получается!!!
Спасибо вам, Сергей!

21 мая, 2008 - 00:00
Аватар пользователя Ms Magic

красотища!!! действительно оригинально и неизбито. заставляет посмотреть на мир по-другому и увидеть красоту в казалось бы банальнейших вещах!

...когда-то давно, в журнале "Техника молодёжи" публиковали иллюстрации НФ живописи, и помню была очень интересная галерея работ, но автор работал не пирографом, а анилиновыми и акварельными красками...вот такое у меня ностальжи случилось после этой статьи...

...Олег, мне мало понятна эта ихнеязычная атака на наш сайт...

1 октября, 2008 - 10:14
Аватар пользователя Анна

У вас не возникало такой проблемы, что при обжиге фанеры, где-то через пол-года, выжженное какбы начинает выцветать? Ни лак ни вакс не помагают.Было положено столько труда и все поблекло.

Анна ,эту прбему ощутил ещё в школьном кружке выжигания.... Потому и бросил. С этим ничего не сделаеш , видимо идёт диффузия когда дерево " дышит" и тёмный слой скорее не выгорает а растекается и впитывается.

Вот... Понравилось. Вспомнил работы Сергея...

Думаю , неплохо было бы собирать библиотнчку связанную с литературой о нашем деле...

Любовь Лукина, Евгений Лукин Лицо из натурального шпона
Борису Завгороднему

Он работал слесарем на Центральном рынке и, в общем, неплохо зарабатывал. В бетонных катакомбах под торговым павильоном располагались камеры хранения. Поднять мешок в зал – рубль, снести в подвал – тоже.

А по весне они с женой купили импортный гарнитур. Если кто заходит в гости, то его прямиком вели к стенке.

– Видал? – с гордостью говорил хозяин, оглаживая полировку. – Облицовочка, а? Натуральный шпон!

Гость делал скорбно-торжественное, как на похоронах, лицо и начинал кивать.

И все было, как у людей.

А вот художник-оформитель по прозвищу Прибаба́х повел себя просто неприлично. Поставленный перед стенкой, он был откровенно разочарован.

– Я думал, ты выпить зовешь…

– Все б тебе выпить! – с досадой сказал хозяин. – Ты погляди, вещь какая! Натуральный шпон! Нет, ты глянь! И не лень ведь было… Это они, значит, обе пластины из одного куска дерева выпиливали. А потом еще состыковывали для симметрии…

Прибабах вздохнул безнадежно и поглядел на полированную дверцу, рассеченную по вертикали тонкой, почти воображаемой прямой, вправо и влево от которой симметрично разбегались темные полосы древесных разводов.

– Во делают!.. – вдохновенно продолжил было хозяин, но тут Прибабах сказал: «Цыть!» – и поспешно отшагнул от дверцы.

– Хар-раш-шо… – снайперски прищурясь, выговорил он.

– А? – просиял хозяин. – Фанеровочка!

– Ты лицо видишь? – спросил Прибабах.

– Лицо? Какое лицо?

– Тупой ты, Вовик! – Прибабах снова шагнул к дверце и принялся бесцеремонно лапать полировку. – Глаза! Нос! Борода!.. Ну? Не видишь?

Хозяин всмотрелся и вздрогнул. С полированной дверцы на него действительно смотрело лицо. Вскинутые, с изломом, брови, орлиный нос, язвительный изгиб рта… Взгляд – жестокий… Нет! Скорее – насмешливый… Или даже требующий чего-то… Сейчас. Сию минуту.

– Слушай! – сказал Прибабах. – А продай ты мне эту дверцу! На кой она тебе?..

Хозяин обиделся. Проводив гостя, подошел с тряпкой – стереть с полировки отпечатки пальцев Прибабаха – и снова вздрогнул, встреченный беспощадным взглядом в упор.

И кончилась жизнь. Пройдешь по комнате – смотрит. Сядешь в кресло – импортное, гарнитурное, – смотрит. Отвернешься в окно поглядеть – затылком чувствуешь: смотрит…

Водка два раза в горле останавливалась.

Разъярясь, подходил к дверце и злобно пялился в ответ, словно надеялся, что тот отведет глаза первым. Черт его знает, что за лицо такое! Витязь не витязь, колдун не колдун… Щеки – впалые, на башке – то ли корона, то ли шлем с клювом…

– Что?! Царапина?! – ахнула жена, застав его однажды за таким занятием.

– Если бы!.. – хмуро отозвался он. – Слушай, ты лицо видишь?

– Чье?

– Да вот, на дверце…

– А ну, смотри на меня! – скомандовала жена, и он нехотя выполнил приказание.

– Ну, ясно! – зловеще констатировала она. – Сначала башка поворачивается, а потом уже глаза приходят. Успел?

– Да трезвый я, Маш! Ну вот сама смотри: глаза, нос…

Жена по-совиному уставилась на дверцу, потом оглянулась на мужа и постучала себя согнутым пальцем повыше виска. Голову она при этом склонила набок, чтобы удобнее было стучать…

И что хуже всего – дверца эта располагалась впритык к нише с телевизором. Вечера стали пыткой. Не поймешь, кто кого смотрит… Конечно, если дверцу открыть, лицо бы исчезло, но у жены там помимо всего прочего хранились кольца, и секция запиралась на ключ…

А рисунок с каждым днем становился все резче, яснее. Колдун – смотрел. Мало того – хаотически разбросанные пятна и полосы вокруг его древнего сурового лика начали вдруг помаленьку складываться в нечто определенное. Натуральный шпон обретал глубину. Мерещились вдали какие-то замшелые покосившиеся идолы, и угадывалась прекрасная и мрачная сказочная страна, а светлое разлапое пятно в древесине превращалось в жемчужный туман над еле просвечивающим озером.

– Маш… – отважился он наконец. – А может, продать нам ее, а?

– Квакнулся? – перехваченным горлом прошипела она, расширив глаза, пожалуй, пострашнее, чем у того, на дверце.

Ей-то что?.. Не видела она там никакого лица, хоть расшибись!

Вскоре пошли признаки нервного расстройства.

– Что ж ты пялишься, гад? – говорил он в сердцах импортной стенке. – Чего тебе от меня надо? Не нравится, как живу, да?.. Да уж, наверное, получше тебя!

Колдун, понятное дело, молчал. Зато стал сниться по ночам. Раздвигались стены, и темная высокая фигура вступала в комнату, а за спиной у нее мерцали в сумерках озёра, и плавал над ними туман, и доносились издали всплески и тихий русалочий смех… И каждый раз он каким-то чудом заставлял себя проснуться за секунду до того, как с насмешливо шевельнувшихся губ колдуна сорвется простое и страшное слово, после которого уже ничего не поправишь…

– Сволочь Прибабах… – бормотал он, подставляя голову под струю холодной воды в ванной. – И черт меня тогда дернул…

Лекарство от наваждения нашлось неожиданно. Выяснилось вдруг, что после третьей рюмки суровое древнее лицо само собой распадается на бессмысленные разводы и полосы – и снова перед тобой честная простая дверца с облицовкой из натурального шпона. И смотри себе телевизор сколько влезет – никто не следит, никто не мешает… К концу недели, однако, он заметил, что лицо пропадает уже не после третьей, а лишь после четвертой-пятой рюмки…

Запой пресекла жена. Разув в очередной раз супруга и потрясая туфлей перед самой его физиономией, она всерьез пригрозила, что отправит на лечение.

Он бросил пить и весь день ходил тихий, пришибленный, искательно поглядывая на дверцу. Если от кошмара невозможно избавиться, то с ним надо хотя бы примириться. Вскоре он обнаружил, что за время его запоя колдун сильно подобрел. И смотрел по-другому: не жестоко, а как-то… искушающе, что ли? Пошли, дескать… Русалки, то-сё… Гляди вон, красота какая! А то ведь так и будешь до гробовой доски рубли сшибать…

Заснул он почти спокойно.

А ночью кто-то тронул его за плечо, и он сел на постели, различая в полумраке темную высокую фигуру.

– Пошли, – внятно произнес негромкий хрипловатый голос, и он послушно принялся одеваться, больше всего почему-то боясь разбудить жену. Не справившись с дрожью, завязал как попало шнурки на туфлях и, беспомощно оглядевшись, пошел за молчаливым высоким поводырем – туда, где мерцали сумерки и громоздились скалы, где над дорогой стояли, накренившись, резные, загадочно улыбающиеся идолы, а над русалочьими озерами плавал жемчужный волшебный туман.

или зарегистрируйтесь, если Вы хотите написать комментарий к этой статье